Вы находитесь здесь: Главная > Информация > » Миссия выполнена?

» Миссия выполнена?

Миссия выпoлнeнa? Гeвoрг Мирзaян

«Expert Online»

15 мaр 2016

Вaлeрий Шaрифулин/ТAСС

 

Прeзидeнт Рoссии Влaдимир Путин зaявил o нaчaлe вывoдa oснoвнoгo вoинскoгo кoнтингeнтa из Сирии. «Экспeрт Online» ужe нaписaл oб услoвияx этoгo вывoдa. Oднaкo всex интeрeсуeт oдин вoпрoс: зaчeм? 
Пoмoгли, нo нeдoстaтoчнo
Дa, сирийцaм грex жaлoвaться — рoссийскoe учaстиe спaслo Aсaдa a
вмeстe с ним и шaнсы нa сoxрaнeниe Сирии в нынeшниx грaницax, a тaкжe
пoмoглo oсвoбoдить 400 нaсeлeнныx пунктoв и 10 тысяч квaдрaтныx
килoмeтрoв тeрритoрии. ИГ дo сиx пoр сущeствуeт, и eгo бoeвики прoдoлжaют нaсилoвaть
дeтeй, рaсстрeливaть нeсoглaсныx, oтбрaсывaть aрaбский мир в
срeднeвeкoвьe и угрoжaть oтпрaвить туда еще и Европу. Отстрел «наших»
террористов тоже не завершен — по словам Сергея Шойгу, в ходе российской
операции удалось уничтожить «более двух тысяч бандитов, выходцев
из России, в том числе 17 полевых командиров», однако это не так много —
на их место придут другие и продолжат обучение. Наконец, сирийская
армия не намерена останавливать наступление — в частности, она сейчас
пытается взять Пальмиру и идти на Ракку.  
Причем делает это в полном
соответствии с Женевскими соглашениями, не нарушая режим перемирия. Если
после вывода основного контингента российской авиационной группировки
оставшийся не окажет сирийской армии достаточной помощи, то получится,
что и эту цель Кремль не выполнил. Зачем давать арабским странам повод сомневаться в
российской решимости? Ведь именно уверенность в этой решимости и стала
залогом уважения арабами России и российских интересов, а также поиска
возможностей перейти по частичный российский протекторат, за который
арабские страны платили бы оружейными и иными контактами. Речь, конечно, не о Женевских
переговорах, в перспективности которых многие (и весьма обоснованно)
сомневаются, а о настоящих переговорах, которые ведутся на двусторонней
основе с наиболее вменяемыми полевыми командирами. Поскольку у них был
выбор между российской авиабомбой и переговорами с Асадом, они выбирали
меньшее зло в лице сирийского президента и готовы были договариваться на
адекватных условиях. Теперь стимул в виде авиаудара исчез, а значит
появятся как неадекватные требования, так и готовность за саудовские
деньги затягивать переговоры до бесконечности.  
Наконец, зачем вообще
прекращать успешную антитеррористическую операцию, участие в которой
приносило России столько имиджевых бонусов (Москва была единственной
страной, которая по-честному воевала с исламским терроризмом в Сирии)?  
На ум приходит несколько объяснений решения Владимира Путина. И
ближайшие дни покажут, какая из этих версий (или даже совокупность каких
версий) верна. 
Все из-за ракеты? Начнем с самой сомнительной. Не исключено, что решение о выводе
большей части российского контингента было принято после ликвидации
сирийского МиГ-21.  
Эта версия маловероятна по двум причинам. Во-первых, из-за наличия у
боевиков ПЗРК операции такого политического и военного значения не
сворачивают, по крайней мере за сутки после инцидента. Во-вторых — и это
куда более важно — у боевиков ПЗРК, скорее всего, нет, а самолет был
сбит либо саудовским военспецом с ПЗРК, либо действительно упал из-за
технических неисправностей.  
Ведь если представить, что КСА решило пойти
на поставки этих крайне опасных средств сирийским террористам, то это
означает что Королевство вконец рассорилось с американцами. Которые,
напомним, категорически против поставок боевикам такого оружия,
поскольку оно может быть применено и против американской боевой авиации в
Ираке, и против американских гражданских лайнеров в любой точке мира. В
нынешней же ситуации обострения ирано-саудовской холодной войны КСА не
может себе позволит прямой конфликт с Вашингтоном. Вторгайтесь, пожалуйста? В качестве второй версии можно рассматривать турецкий ультиматум. Последний теракт в Анкаре, унесший десятки жизней, мог стать последней
каплей для Анкары. Не исключено, что Эрдоган донес Кремлю свое намерение
в ближайшее время ввести войска в Сирийский Курдистан, и добавил, что
если Россия нанесет по ним удар, то она получит ответ. В результате у
Путина было три варианта действий: ударить (и рисковать войной с
загнанным в угол Эрдоганом, которому уже терять нечего), не ударить (и
тем самым стать трусом в глазах мирового сообщества, который не отвечает
за свои слова) или стать чуть-чуть трусом, просто заранее отойдя в
сторонку.  
У этой версии есть определенная логика и даже определенные выгоды. И не только тем, что втягивает ее в затратный во всех отношениях
сирийский конфликт — она резко обостряет американо-турецкие отношения. Ни для кого не секрет, что риск обнуления своего экспедиционного корпуса
силами российских ВКС был лишь одним из двух стопперов, сдерживавших
турецкое вторжение. Чреватого не только изоляцией Анкары и ее позорным уходом из Сирии, но и
переворотом.  
Однако несмотря на все вышесказанное, эта версия все равно кажется
маловероятной. И не только потому, что Путин просто не захочет
быть даже мини-трусом. И даже не потому, что Россия не верит в турецкий
ультиматум — Эрдоган, конечно, готов на многое, однако его однопартийцы и
часть турецкого генералитета еще сохранила критическое мышление, и не
собирается идти на авантюру ради спасения лица своего сорвавшегося с
цепи разума президента. А потому, что России не нужно крушение и
территориальная дезинтеграция Турции. По крайней мере, надолго. Суть
этой версии в том, что Путин уводит авиацию из Сирии на некоторое время
по климатическим и политическим причинам. И готов ее вернуть при первой
возможности.  
Климатическая причина  — это хамсин и солнце. В Сирии наступает
период песчаных бурь (которые и называются «хамсин»), за которым
наступит жаркое лето. Проводить военные операции в это время очень
непросто, не говоря уже о полетах боевой авиации во время того же
хамсина. Поэтому Путин, возможно, решил убить одной эвакуацией двух
зайцев — убрать ненужные пока самолеты домой на техобслуживание и
потрафить политическому процессу. Оппозиция говорила о том, что для
прогресса в Женеве нужно прекращение работы российской авиации —
пожалуйста, авиация возвращается домой. Не будет прогресса — пожалуйста,
авиация в нужное время возвращается из дома и продолжает свою работу
(собственно, российские власти и не отрицают вероятности возврата
самолетов). Эта версия вполне логична, и даже характерна для
Путина с его любовью к нестандартным шагам. 

Помоги врагу? 

Четвертая версия состоит в том, что это решение стало результатом
компромисса с Соединенными Штатами, и что заявления американских властей
о том, что «они не знали» представляют из себя лишь игру на публику. Тут уместно вспомнить разговоры о возможной большой сделке — обмене
уступок США по Украине в обмен на уступки по Сирии, которая вполне могла
начаться с вывода российских самолетов. Пока же подвижки идут в сторону ненужной России эскалации
(атаки ВСУ на позиции ополченцев в районе Ясиноватой).  
Некоторые активисты и эксперты, конечно, назовут
российско-американскую сделку (если она была) предательством, а Путина
обвинят в малодушии и нежелании обрушить ближневосточную политику США,
продемонстрировав всему миру американские глиняные ноги. Однако Путин —
не активист, и российские власти отдают себе отчет в том, что публичное
унижение мирового лидера никому не выгодно.  
Собственно российско-американское
спонсорство женевских переговоров — это и есть шаги к общему столу. 
В воспитательных целях? И
она, если честно, выглядит как наиболее реалистичная.  
Ни для кого не секрет, что на сегодняшний день Россия делает в Сирии
всю грязную работу, а ее союзники не выполняют взятых на себя
обязательств. Никто, безусловно, не будет оспаривать вклад Ирана и
Хезболлы в поддержку режима Башара Асада, однако от Тегерана в Москве
хотели несколько большего. Во-первых, большего количества войск, причем
без разницы в каких шевронах и форме (все прекрасно понимают
невозможность официальной отправки в Сирию иранского экспедиционного
корпуса, ведь никому не нужно превращение сирийской гражданской войны в
шиитско-суннитскую).  
Войск в достаточном количестве нет (Иран даже хочет
выводить какие-то подразделения), поэтому сирийские войска не могут
вести полноценные боевые действия, и Москва вынуждена втягиваться в
долгосрочный военный конфликт. Действия в котором она оплачивает сама —
ведь, и это во-вторых, Иран действия российских ВКС не финансирует. А
должен бы, поскольку победа России в Сирии нужна Ирану куда больше, чем
самой России. На кону стоит сохранение иранского влияния на всем Леванте
и выживание Хезболлы. При этом — и это в-третьих — Иран даже не готов
компенсировать России затраты после войны. Иранцы заключают контракты на
десятки миллиардов долларов с европейскими, а не с российскими
компаниями. Россиянам же даже деньги за С-300 выплатить пока не могут. И
плюс к этому, отказываются подписаться под столь важным для Москвы
общим соглашением стран-экспортеров нефти о заморозке уровня добычи. Зачем России в этой ситуации рисковать своим участием в новом
«Афганистане» со всеми вытекающими последствиями для российского
бюджета, российского государства и российской власти?  
Поэтому в Кремле, судя по всему, решили немножко отрезвить Иран. Реализовав-программу минимум в Сирии (спасли Асада, подняли собственную
репутацию, поставили вторую базу в Сирии, продемонстрировали миру свою
важность и возобновили диалог с Западом и ЕС), российские власти отошли в
сторонку и предложили Ирану разбираться самому. Более того, не
исключено, что отошли они по договоренности с Саудовской Аравией (см. рост цен на нефть и сравнительно теплые саудовско-российские контакты в
последнее время). Тем самым они не только заставили иранцев с собой
считаться, но и доказали всем арабским странам, что Кремль не выбрал
сторону шиитского мира в конфликте с суннитским.  Это, безусловно, не
значит и то, что Кремль выбрал суннитский — мол, сдал Иран и встал на
сторону КСА. Кремль выбрал сторону России.

Комментарии закрыты.